Отвращение

Чувство, которое переживать неприятно.
Что вы чувствуете, когда хотите, страсть как хотите сыр, в предвкушении открываете холодильник, рука тянется за вожделенным продуктом и тут вы обнаруживаете что плесень съела его раньше вас?

Отвращение. Само по себе слово содержит действие — я отворачиваюсь, разворачиваюсь от того, к чему изначально стремился.

Я вспоминаю как меня кормили в детском саду. Я ненавижу щи до сих пор. Я сидела, смотрела на тарелку с этим дурацким супом и больше всего мне хотелось убежать.
Но я вкушала агрессивную реакцию воспитательницы и этот импульс останавливала. Чтобы не порушиться от ее агрессии.

Было еще много событий, где я хотела убежать, спрятаться, испытывала рвотный рефлекс и все это останавливала. Сначала потому что меня учили останавливать этот импульс из вне, аргументируя чем-то умным, показывая, что мне хана, если я ему поддамся. Потом сама я уже так с собой делала.

И так это автоматично встроилось в меня, что это чувство осталось где-то отщепленным, заткнутым голосами из прошлого в моей голове, которые я считала уже своими.

Отвращение. Буээээ, какое противное чувство. Я даже научилась не блевать, когда мне этого хочется. Потому что это некрасиво. Представляете? Вот мутит от чего-то, хочется блевануть, а внутри звучит вот это вот «это что? Сейчас бежать к унитазу? Этот дурацкий неприятный процесс, звуки, спазмы? Нет, перетерплю». И вот этому вот «некрасиво» плевать на то, что я хочу выблевать то, что меня травит. То, что мне не подходит. Короче, белое пальто, которое ценилось когда-то воспитателями и учителями в школе, оказывалось важнее, чем мое здоровье, целостность. Представляете?

А дальше что?

Дальше я вышла во взрослую жизнь. Правда, осознала я это не сразу. Наверно до сих пор не доконца осознаю, что я — полный абсолютный автор своей жизни со всеми вытекающими (блин, дурацикие метафоры из меня прут, но что поделать — тема такая, да).
Вышла, прикрывая белым пальто свои импульсы блевануть, когда те рождались.
И начала вляпываться.
В эмоциональные и химические зависимости.
А потом приходила на терапию и вопрошала: откуда? Откуда во мне это все? Я же из приличной семьи? Почему я себя обнаруживаю каждый раз в одних и тех же сценариях?

Сейчас голос моего внутреннего терапевта, спустя более, чем 10 лет терапии, прорывается сквозь пальто: блюй! Блюй, не бойся, я тебя не брошу и чувствовать себя будешь значительно лучше.
Ну, я и блюю.

Прекращаю общение, если оно меня травит.
Выплевываю то, что несъедобно, даже если это неприлично (а я же из приличной семьи, вы же понимаете. Поэтому выплевываю не сразу, а после разборок моего внутреннего терапевта с хором воспитателей, училок и супер авторитетных людей).
Выблевываю, если вовремя не распознала подставу и таки отравилась чем-то. В случае отношений, выблевываю травящие куски иногда спустя десятки лет.

И знаете что?

Как-то я быстрее восстанавливаться стала от всякой фигни. Правда, воспитанные люди из приличных семей иногда падают в обморок, с выдохом «ах». Ну, или транслируют мне, что я неинтеллигентная, что так делать нельзя и некрасиво, и вообще как я посмела.
Да, бывает.

А я что?

А я доверяю своему внутреннему терапевту, выращенному за годы. И отвращению еще больше доверяю. И рада чертовски, когда успеваю его заметить сразу, как только оно родилось.

Такие дела, дорогой дневничок.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *